Валентиниане объясняли человеческую психологию и идею спасения в терминах тройственного состава человеческой души. В соответствии с валентинианским мифом о Софии (Премудрости) три состояния сознания являются результатом её падения в Изъян и последующего искупления. Из её страстей: страха и печали произошла неразумная материальная душа. Из её сожаления и обращения произошла разумная или живая душа. От её знания происходит духовное семя. Происхождение и природа человеческих существ объясняется через толкование книги Бытия в терминах трёх внутренних компонентов души.
В соответствии с валентинианской традицией Демиург и его ангелы приступили к созданию человека по образу предсущего Антропоса (Iren. Adv. haer. 1.5.2, Clem. Exc. 51.1). Из «праха земного» (Быт. 2:7), то есть из страха и печали, они создали материальную или неразумную душу. В неё Демиург вдохнул живую разумную душу, которая произошла от сожаления и обращения (т. е. от его собственной субстанции). Это «дыхание жизни» (Быт. 2:7). Наконец, Премудрость (София) тайно посеяла своё духовное семя в человека. Таким образом, в каждом человеке есть три субстанции: неразумная материальная душа, разумная душа и духовное семя.
Неразумная материальная душа представляет собой бремя несовершенства и незнания, которые были распределены в семени таким образом, чтобы, когда люди получат гнозис, незнание могло быть полностью уничтожено. Валентин по этому поводу говорит: «И вы пожелали распределить смерть (т. е. изъян) между собой для того, чтобы поглотить её и растратить, чтобы смерть умерла в вас и благодаря вам» (Валентин, фрагмент В). Материальная душа представляет собой бездумные инстинктивные порывы с целью самоудовлетворения (ср. Clem. Exc. 50.1, Iren. Adv. haer. 1.5.4). Это «плевелы» (Мф. 13:25), посеянные дьяволом. Апостол Павел говорит об «ином законе, противоборствующем закону ума» (Рим. 7:23). Материальная природа иногда персонифицируется в качестве «дьявола» и «духов злобы» (Еф. 6:12, подробнее об этом: Iren. Adv. haer. 1.5.4, Clem. Exc. 48.2, Hippol. Ref. 32.5, 34.1). По своей природе, материальное не может быть спасено.
Разумная живая душа — это то, что делает нас живыми сущностями. Это наше обычное сознание, идентифицируемое с нашими эмоциями и нашими мыслительными способностями. Разумная душа создаёт согласованную реальность, в которой находится большинство из нас. По этой причине она называется «Демиург», создающий мир. Эта душа характеризуется тем, что у неё есть возможность свободного выбора (Clem. Exc. 55.3). Она может быть спасена, если человек выберет добрые дела вместо злых.
Духовная природа — наше истинное внутреннее «я». Она существует потенциально в качестве семени в тех, кто слышит Слово, и выражается как интуиция и способность к творчеству. Духовное семя было послано, «чтобы соединиться и оформить душевную природу, научить её и повернуть вверх» (Iren. Adv. haer. 1.6.1). Духовное семя часто сравнивается с золотом или жемчужиной, брошенными в грязь (Iren. Adv. haer. 1.6.2, Евангелие от Филиппа 62.17–25), будучи «предметом ценным», она заключена в «презренное тело» (Евангелие от Филиппа 56.24–25). Если семя принесёт плод (Мф. 13:23) и человек достигнет определенного уровня знания, духовное начало актуализируется в нём. Такой человек достигает высшего уровня спасения.
Согласно Валентину, когда в Адама было посеяно духовное начало, он «произнёс слова, которые превосходили его тварную природу» (Валентин, фрагмент А, Евангелие от Филиппа 70.26–29). Страх объял Демиурга и его ангелов (Валентин, фрагмент А) и они позавидовали ему, «[ибо они были] отделены от союза духовного» (Евангелие от Филиппа 70.26–29). Ангелы «скрыли свою работу» (Валентин, фрагмент А), одев человека в «кожаные одежды» (Быт. 3:21), т. е. дав ему физическое тело (Iren. Adv. haer. 1.5.5, 1.18.2, Clem. Exc. 52.1).
Валентиниане интерпретировали деревья Эдемского сада в терминах трёх природ. В соответствии с их толкованием там были обычные материальные деревья, душевное «Древо познания добра и зла» и духовное «Древо жизни». Человек ел плоды от материальных деревьев и душевного «Древа познания», но не съел от «Древа жизни» (Евангелие от Филиппа 71.22–24, Быт 2:16–17). В «Евангелии от Филиппа» «Древо познания» (душевной природы) отождествляется с Законом. Опираясь на послание апостола Павла к Римлянам 7:7–11, автор «Евангелия от Филиппа» пишет: «Закон был древом. У него есть сила дать знание того, что хорошо, и того, что плохо. И оно не устранило его от того, что плохо, и не утвердило в том, что хорошо. Но оно создало смерть для тех, кто съел от него. Ибо, когда он сказал: “Ешь это, не ешь этого”, — это было началом смерти» (Евангелие от Филиппа 74.3–11). Люди, поев от этого дерева, выбрали путь низшей природы и подчинения деспотическим законам. В результате Адам отделился от Евы, которая представляет собой женское духовное начало. Это стало началом духовной смерти (Евангелие от Филиппа 70.10–12).
Три рода людей
Человеческие существа делятся на три типа, в зависимости от того, какая из трёх природ в них доминирует. В соответствии с валентинианским учением, они олицетворяются тремя сыновьями Адама и Евы, которых звали Каин, Авель и Сиф. Они — прототипы материального (гилика), душевного (психика) и духовного (пневматика) типов людей (Iren. Adv. haer. 1.7.5, Clem. Exc. 54.1).
Ключевым для понимания валентинианской доктрины о трёх типах людей является учение о духе, который они сравнивали с «семенем» — образ, заимствованный из притчи о сеятеле в Евангелии от Матфея (13:3–8, 18–12). Для прояснения этого учения очень важен «Трёхчастный трактат». Людей делит на три класса не предопределение, но их ответ на призыв Иисуса на его послание о спасении. Те, кто не принимает и отрицает Иисуса — это семена, упавшие при дороге (Мф. 13:4), т. е. плотские люди. Те, кто колеблется и не понимает его послания полностью — это семена, упавшие в тернии (Мф. 13:7), т. е. душевные. Те, кто немедленно понимает послание и достигает гнозиса — это семена, которые упали «на добрую землю» (Мф. 13:8), т. е. духовные. Все люди, полагали валентиниане, потенциально имеют духовное семя. Но оно актуализируется только в немногих.
Три класса людей не являются неизменными, предопределёнными категориями, на самом деле — это стадии духовного развития. Валентиниане полагали, что человек может переходить из одной категории в другую, меняя свою жизнь.
Материальные (плотские) люди
В плотских людях неразумная (плотская) часть души действует как наркотик, который заставляет их забыть истинное происхождение и стать мирским созданием (Евангелие Истины 22.17–18). «Евангелие Истины» описывает материальное состояние как ночной кошмар: «как будто они погружаются в сон и находят себя в тревожных снах, или (в) месте, в которое они убегают, или, бессильные, они идут, преследуя других, или они в нанесении ударов, или они сами получают удары, или они упали из высоких мест, или они поднимаются по воздуху, не имея крыльев. Иногда ещё, если некие убивают их, нет даже преследующего их, или они умерщвляют своих ближних, ибо они осквернены их кровью» (Евангелие Истины 29.8–25).
Люди, в которых доминирует материальная природа, действуют для удовлетворения своих личных потребностей без учёта интересов других. Апостол Павел говорит: «их бог — чрево, и слава их — в сраме, они мыслят о земном» (Флп. 3:19). «Евангелие от Филиппа» описывает материальную природу в следующих словах: «Но если мы в неведении о нём, оно укореняется в нас и производит свои плоды в нашем сердце. Оно господствует над нами, мы — рабы ему. Оно пленяет нас, чтобы мы делали то, чего мы [не желаем], (и) то, что мы желаем, мы бы (не) делали» (Евангелие от Филиппа 83.22–28). Каин — прототип плотского человека. Как и все плотские люди, по своей природе он «сын дьявола» (Ин. 1:44, Гераклеон, фрагмент 46), и руководствуется стремлением к власти (ср. Трёхчастный трактат 79.20–80.11), в результате он становится «человекоубийцей, как и его отец» и убивает своего брата (Евангелие от Филиппа 66.6–10).
Те, кто до самой своей смерти остаётся в плотском состоянии, — это семена, которые упали на дорогу (Мф. 13:18). Они слышат послание Христа, но не понимают его, так как он не имеет для них никакого значения (Мф. 13:19). Как говорил Валентин: «они были чуждыми и не видели Его (Спасителя) образа, и они ещё не знали Его, <вещественные>». Такие люди — это «творение забвения» (Евангелие Истины 21.35). После смерти они растворяются во внешней тьме и переходят в состояние небытия (Евангелие Истины 21.35, Clem. Exc. 37, 56.3, Iren. Adv. haer. 1.6.1). Их нельзя назвать «живыми», по крайней мере, в духовном смысле этого слова (Слово о воскресении 48.23–24, Евангелие от Филиппа 52.15–17).
Душевные люди
Только если человек испытает обращение из своего плотского состояния, то его можно идентифицировать с живой разумной природой. Призыв сверху пробуждает таких людей из бессознательного материального состояния. В результате они начинают испытывать печаль, страх и смущение, к которым раньше не были способны. Благодаря своим страданиям они испытывают покаяние и просят о помощи. Эти просьбы и покаяние представляют собой субстанцию душевной природы (Iren. Adv. haer. 1.4.5). В «Трактате о душе» это описано следующим образом: «Ибо начало спасения — покаяние. Поэтому до пришествия Христа пришёл Иоанн, проповедующий крещение покаяния. А покаяние происходит в печали и скорби сердца» (Трактат о душе 135.21–26).
Посредством душевного обращения люди «восходят» на уровень Демиурга. Они остаются в неведении относительно истинного Бога и своей духовной природы. Архетипами духовного и душевного состояний являются София и Демиург соответственно (ср. Iren. Adv. haer. 1.5.1, Clem. Exc. 47.2). Демиург (т. е. душевный человек) пребывает в неведении относительно Премудрости (духовной природы). Но душевная природа неосознанно совершает добрые дела, благодаря влиянию духовной природы. Однако, так же как и Демиург, каждый душевный человек глупо настаивает на том, что он действует независимо, без духовного стимула (Clem. Exc. 53.4).
Душевные люди укрепляются верой и добрыми делами (Iren. Adv. haer. 1.6.2). Но поскольку они невежественны, им требуются чёткие инструкции и правила для определения того, какой образ действий является правильным (Iren. Adv. haer. 1.6.2, ср. Рим. 2:18). Они находятся в подчинении у земного Закона (Гал. 3:23–24), а также подвержены искушению демонов, т. е. эгоистических злых мыслей (Евангелие от Филиппа 65.1–7, 85.32–86.6). В одной известной аналогии душа сравнивается с постоялым двором, который разрушают незваные гости (Валентин, фрагмент Е, Hippol. Ref. 34.6). Также как и плотские люди, душевные люди руководствуются стремлением к власти, и это часто ведёт к жёстким конфликтам (Трёхчастный трактат 79.20–80.11).
Оставшиеся в душевном состоянии — это семена, которые упали в тернии (Мф. 13:22). Они слышат послание и понимают его. Однако они колеблются (ср. Трёхчастный трактат 118.37–119.1) и «забота века сего и обольщение богатства заглушает слово, и оно бывает бесплодно» (Мф. 13:22). В связи с этим они не могут получить полного духовного знания и остаются рабами «вещественных начал мира» (Гал. 4:3). В своём неведении они поклоняются Демиургу, вместо того чтобы поклоняться истинному Богу. «Они поклоняются творению, а не истинному Творцу» (Гераклеон, фрагмент 22, ср. Рим. 1:25).
Душевные люди могут быть спасены, если они смогут противостоять искушению и выбрать благо (Clem. Exc. 56.3, Еф. 6:3, 6:9). После смерти душевные люди, которые спасены, пребывают с Демиургом. Они не реализуют свой духовный потенциал до конца мира. Однако, если они выбрали зло, тогда они становятся «детьми дьявола» (Гераклеон, фрагмент 46, Ин. 8:44. См. также Подлинное учение 33.25–26). Уподобившись же плотским, они выбрасываются во тьму внешнюю (Clem. Exc. 37, 55.3, Евангелие от Филиппа 66.29–67.1).
Духовные (пневматические) люди
Чтобы отождествиться с духовным элементом, человек должен достигнуть состояния познания (гнозиса) Бога. Личность переносит опыт присутствия воскресшего Христа в форме своего личного ангела. Так же, как София была сформирована при помощи знания Спасителем, такие люди сами формируются посредством знания ангелами, которые станут их женихами (Clem. Exc. 64, Толкование о душе 132.9–23). Духовному человеку нет необходимости опираться на мнение других, поскольку он получил веру от самой Истины (Гераклеон, фрагмент 39).
Пробудившись от опьянения невежеством и освободившись от страданий, они понимают свою истинную духовную природу. Они вспоминают, откуда они произошли и куда должны вернуться (Евангелие Истины 22.13–15, Clem. Exc. 78.2, etc.). Теперь такой человек может сказать: «я происхожу от Того, Кто предсуществует, и опять иду в моё место, откуда я пришёл» (Iren. Adv. haer. 1.21.5, Первое откровение Иакова 34.17–18, см. также Евангелие от Марии 16.13–17, Евангелие от Фомы, 50). Знание Бога — следствие познания самого себя. Они узнают Бога, поскольку они часть Бога.
При помощи гнозиса достигается духовное рождение (Ин. 3:6–7). Это и есть истинное воскресение из мёртвых, т. е. пока человек пребывает в незнании, он мёртв. Воскресение не происходит в загробной жизни. Его необходимо перенести здесь и сейчас (Евангелие от Филиппа 56.18–19, Слово о воскресении 49.9–35, ср. Рим. 6:4). Как сказано в «Евангелии от Филиппа»: «Те, кто говорит, что умрут сначала и воскреснут, — заблуждаются. Если не получают сначала воскресения, будучи ещё живыми, (то), когда умирают, не получают ничего» (Евангелие от Филиппа 73.1–5).
Облёкшись истинной плотью, избранный обретает духовное тело, которое воскреснет из плоти, когда он умрёт (Еф. 7:3, ср. Евангелие от Филиппа 56.26–57, Подлинное учение 32.30–32, Слово о воскресении 47.4–8, 1 Кор. 15:44–46). Таким образом «нетленность [нисходит] в тление, и свет нисходит во тьму» (Слово о воскресении 48.38–49.1) и они «не умрут вовек» (Ин. 11:26).
Как пишет апостол Иоанн: «Мы знаем, что мы перешли из смерти в жизнь» (1 Ин. 3:15, см. также Ин. 5:24).
Валентиниане не делали различия между реализованной и будущей эсхатологией. Поскольку воскресение происходит немедленно, окончательное поглощение мира уже происходит здесь и сейчас посредством гнозиса. Через воскресение духовный человек может превзойти душевную область Демиурга и достичь восьмого неба. Здесь, отбросив свою душу, такой человек соединяется с ангелом (Iren. Adv. haer. 3.15.2), а затем входит в небесное царство или Плерому (Iren. Adv. haer. 1.7.1, Iren. Adv. haer. 3.15.2, Clem. Exc. 64.1, Валентинианское изложение 39.28–33, Евангелие от Филиппа 81.34–82.25). Здесь они «увидят своими глазами духовное и, став умными эонами, будут участвовать в умном и вечном брачном пире — сизигии» (Clem. Exc. 64.1). Вся Плерома станет «брачным чертогом» для этого союза (Iren. Adv. haer. 1.7.1, Clem. Exc. 64.1). Для них «мир стал эоном (вечностью)» (Евангелие от Филиппа 86.11–14). Валентин пишет об этом следующим образом: «И пребывает в них Отец, и они в Отце, совершенные, нераздельные в истинном благе, не лишая никого ни в чём, но давая покой, освежая духом» (Евангелие Истины 42.27–33).
Валентиниане утверждают, что этот процесс приводит к разрушению материального мира (Валентин, фрагмент В, ср. также Iren. Adv. haer. 1.21.4). Как говорит Валентин: «Поскольку изъян возник потому, что Отца не знали, тогда, когда Отца узнают, его уже не будет, изъяна» (Евангелие Истины 24.28–32) и далее: «изъян исчезает в полноте, и облик уже не будет явлен, но исчезнет в согласии Единства» (Евангелие Истины 25.1–6). Изъян и всё что представляет собой неведение «разрушается знанием» (Iren. Adv. haer. 1.21.4). Те, кто приобщился к знанию, получают возможность видеть сквозь иллюзию мира и «получают власть надо всем тварным и гибнущим» (Валентин, фрагмент В, Евангелие от Фомы, 2).
Знание — это возвращение человека в его изначальное состояние. Оно преобразует всё. Духовные люди по определению не могут грешить. Через знание они умирают для греха и получают воскресение с Христом (Гал. 2:19–20, Кол. 3:5). Знание позволяет им аннигилировать материальную природу (т. е. бремя изъяна), которая является причиной греха. Валентин описывает этот процесс в «Евангелии Истины» следующим образом: «В Единстве каждый получит себя, знанием он очистится от многообразия в единство, поглощая вещество в себе, как огнём, и тьму светом, и смерть жизнью» (Евангелие Истины 25.10–20).
Теодот пишет, что воскресший Христос «вдохнул дух в апостолов, сдувая и прогоняя пыль, как пепел, и оживляя искру» (Clem. Exc. 3). Пыль здесь — это материальная природа. Чтобы уничтожить материальную природу и стать воистину духовным человеком, необходимо полностью устраниться от греха (Clem. Exc. 52.2). В «Евангелии от Филиппа» сказано: «Тот, кто обладает Знанием Истины, — свободен. Свободный не творит греха, ибо “всякий, делающий грех, есть раб греха” (Евангелие от Филиппа 77.15–18, ср. Ин. 8:34). И далее в этом Евангелии следует призыв: «да врезается каждый из нас в корень зла, которое в нём, и вырывает (его) до корня его в своём сердце» (Евангелие от Филиппа 83.18–21).
Вот почему духовные люди называются «спасёнными по природе» (Clem. Exc. 56.3, ср. 2 Фес. 2:14, Iren. Adv. haer. 1.6.4) и утверждают, что «духовное не может подвергнуться тлению» (Iren. Adv. haer. 1.6.2, ср. 1 Ин. 3:9). Они обладают знанием Божьей воли, и это знание позволяет им вести безгрешную жизнь (Евангелие Истины 22.9–11, Истолкование знания 9.31–33) и стать «светилами среди людей тленных» (Послание Петра к Филиппу 137.6–9).
В людях, которые приобрели знание во время своей земной жизни, семена оказались посеяны на «добрую землю» и они «принесли плод» (Мф. 13:23, ср. Iren. Adv. haer. 1.7.1). Каждый человек, приобретший знание, уничтожает часть изъяна и приближает на один шаг достижение единства божественной природы. Конец материального мира настанет, когда «духовная природа будет оформлена гносисом и станет совершенной» (Iren. Adv. haer. 1.6.1). Тройственное строение человеческой души должно быть преодолено через гнозис, чтобы мы вернулись в Плерому.
© Источник: David Brons. Psychology and Salvation, 2000
© Перевод: Андрей Васильев, 2014
