Молитва Господня в Евангелии Маркиона

«Отче наш» — главная молитва для христиан всех конфессий и единственная, которой, согласно традиции, Иисус научил апостолов, а они передали всем верующим. Несмотря на то значение и авторитет, каким она пользовалась в древней церкви, две её редакции, дошедшие до нас в Евангелиях от Матфея и Луки, отличаются друг от друга. Прочие источники, среди которых свидетельства апологетов и древнейшие списки Нового Завета, указывают на большую вариативность Молитвы Господней.

Ниже предложена реконструкция её текста из «Евангелия Господня» Маркиона. К сожалению, для полного восстановления наших источников недостаточно. У Епифания какие-либо ссылки на неё отсутствуют. Тертуллиан опровергает маркионитов, задавая им вопросы о том, что значат те или иные фразы в молитве, и сам же даёт на них ответы, из которых следует, что в них идёт речь о ветхозаветном боге. И лишь Ориген в одном фрагменте из комментариев на Евангелие от Луки приводит точную формулу четвёртого прошения из маркионитской версии «Отче наш».

P. Oxy. XXIV 2383. Предполагаемый фрагмент «Евангелия Господня»

В связи с этим для анализа приходится привлекать не только содержание антимаркионитской полемики, но и другие редакции Молитвы Господней, известные в древней церкви, сравнивая их с нынешним каноническим текстом из Евангелия от Луки, который получил свой законченный вид не раньше V века.

По этой причине я использовал здесь иной подход, нежели для восстановления текста Посланий апостола Павла. Каждое прошение из «Луки» разбирается отдельно на предмет того, могло ли оно содержаться в Маркионовом Евангелии. Там, где дословное восстановление текста невозможно, что неудивительно, учитывая специфику наших источников, дана смысловая реконструкция.

Часть 1. Анализ

Призывание: «Отче наш, сущий на небесах!»

Свидетельство Тертуллиана (Tert. Adv. Marc. 4.26.3) позволяет сделать вывод, что в «Евангелии Господнем» в призывании вместо «Отче наш, сущий на небесах» стояло просто «Отче».

Такое чтение находится в самом древнем папирусе с текстом молитвы P⁷⁵ (начало III века), а также в Ватиканском кодексе. Ориген при составлении «Гомилий на Евангелие от Луки» также пользовался текстом с краткой формой призывания (Fr. Luc. 174) Расширенная версия встречается только в рукописях c V века и явно заимствована из Евангелия от Матфея.

Такое чтение находится в самом древнем папирусе с текстом молитвы P⁷⁵ (начало III века), а также в Ватиканском кодексе. Ориген при составлении «Гомилий на Евангелие от Луки» также пользовался текстом с краткой формой призывания (Fr. Luc. 174) Расширенная версия встречается только в рукописях V века и более поздних и явно заимствована из Евангелия от Матфея.

Первое прошение: «Да святится имя Твое»

Р. Хазарзар считает, что первое прошение (как и прошение о Царствии) восходит к иудейской молитве «Каддиш»: «Да возвеличится и святится имя Его великое в мире, который Он сотворил по воле Своей». Она являлась частью синагогальной службы уже в первом веке и читалась сразу после проповеди, что является, по мнению исследователя, важным свидетельством в пользу присутствия первого прошения в оригинальной версии Молитвы Господней [Хазарзар, с. 9]. На его древность указывает и P⁷⁵.

Но в антимаркионитской полемике оно не засвидетельствовано. Рот [Roth, 2012, p. 54 (nota 3)] упоминает мнение Жана Маня (Jean Magne) о возможной причине этого умолчания: сам Тертуллиан, как это следует из его сочинения «О молитве Господней», считал, что присвоение Богу имени «Отец» — следствие нового откровения, которое принёс Христос (Tert. De or. 3). Это дало бы хороший козырь Маркиону против нарождающейся ортодоксии, поэтому ересиолог мог умышленно пропустить первое прошение, даже если видел его в «Евангелии Господнем».

Такой аргумент по умолчанию нельзя признать полностью валидным, поэтому первое прошение я предпочитаю отметить, как спорное.

Если строго следовать Тертуллиану, то вместо него у Маркиона содержалась просьба о Святом Духе (Tert. Adv. Marc. 4.26.3).

Похожее прошение в составе молитвы «Отче наш» в версии Евангелия от Луки известно по некоторым древним манускриптам и свидетельствам отцов церкви, включая греческие минускулы 700 (XI век), 162 (XII век), «Беседу о молитве Господней» св. Григория Нисского (IV в.) и «Толкование на молитву Господню» св. Максима Исповедника. Последние двое, в частности, свидетельствуют:

Св. Григорий Нисский: «Так в Евангелии от Луки, вместо слов: “да придет царствие Твое” сказано: да придет Святый Дух Твой на нас, и очистит нас».

Св. Максим Исповедник: «Матфей называет здесь Царством, другой Евангелист назвал Духом, говоря: Да приидет Дух Твой Святый, и да очистит нас».

В сравнении со свидетельством Тертуллиана мы видим, что здесь отражена несколько иная текстуальная традиция, чем в «Евангелии Господнем». Просьба о пришествии Святого Духа стоит не в качестве первого прошения, а заменяет второе — о приходе Царствия. Она не может полностью совпадать с Маркионовым прочтением, так как в «Евангелии Господнем» прошение о Царстве следовало за прошением о Святом Духе. На более поздний текст, по сравнению с версией Маркиона, указывает также дополнение «да очистит нас», так как разного рода расширения, как можно предположить, должны отражать его позднюю стадию бытования.

Джейсон БиДун добавляет очень ценное замечание, что греческий манускрипт D содержит аномальное и нигде более не встречающееся чтение: «да святится имя твое на нас», которое может являться результатом умышленного и не очень аккуратного сокращения текста молитвы из «Евангелия Господня» [BeDuhn, 2013, p. 68].

К сожалению, Тертуллиан не даёт возможности однозначно ответить на вопрос, какой глагол стоял в тексте Маркиона. Ересиолог говорит лишь, что в нём содержалась просьба о Святом Духе. Реконструкция Гарнака основана на упомянутых выше свидетельствах Григория Нисского, Максима Исповедника и греческих минускулов 700 и 162. Рот справедливо критикует её, отмечая, что «единственное свидетельство, которое мы имеем (учитывая сохранение Тертуллианом глаголов для других прошений) указывает, что в нём не было глагола «приидет» [Roth, 2012, p. 56–57]. Другие возможные варианты: «Мы просим дать нам Духа Святого» (на основании Лк. 11:13), «Да освятит нас Дух Твой», являются гипотетическими.

Второе прошение: «Да приидет Царствие Твое»

Прошение о пришествии Царствия в тексте «Евангелия Господня» следовало за просьбой о Святом Духе (Tert. Adv. Marc. 4.26.4).

Третье прошение: «да будет воля Твоя и на земле, как на небе»

В «Евангелии Господнем» отсутствовало. Оно также отсутствует в P⁷⁵, многих других греческих и сирийских манускриптах, а также в тексте, которым пользовался Ориген при составлении «Гомилий на Евангелие от Луки».

Четвёртое прошение: «Хлеб наш насущный подавай нам на каждый день»

Прошение о хлебе следовало в «Евангелии Господнем» за прошением о пришествии Царствия (Tert. Adv. Marc. 4.26.4), однако имело иную формулировку, сохранённую Оригеном (Fr. Luc. 180): «хлеб Твой насущный (ἐπιούσιον) подавай нам каждый день».

Ориген с иронией пишет о «простецах», которые полагают, что имеется в виду материальная пища и просят её вместо «грядущего» хлеба, питающего «внутреннего человека» (Fr. Luc. 180–181). С чем вполне, думаю, согласился бы и Маркион, несмотря на свою нелюбовь к аллегорическим толкованиям. Более подробно свои мысли Ориген излагает в сочинении «О молитве», где толкует ἐπιούσιον (насущный) как хлеб «соответствующий духовной природе» и «соединяющийся с нашим существом (субстанцией, οὑσία)», т. е. не телесную пищу, а пищу души (Orig. De or. 27.7–9)

Иероним, в свою очередь, отмечает: «В Евангелии, которое называется “от Евреев”, вместо хлеба необходимого для существования находится слово mahar (םהד), что значит “завтрашний”; так что получается такой смысл: “Дай нам сегодня хлеб наш завтрашний”, т. е. “будущий”» (Hier. In Matth. 7). Переводя на латынь Евангелие от Матфея, он использовал panem supersubstantialem — сверхсущностный, присносущный, приняв точку зрения Оригена.

К числу «простецов» Ориген, несомненно, отнёс бы Иоанна Златоуста, толкущего слова о хлебе в Молитве Господней как просьбу о повседневной пище, необходимой в количествах для поддержания жизнедеятельности организма (Ioan. Chrys. In Matth. 19.5). Это толкование впоследствии широко было принято в Православной церкви. Так Н. Корсунский, издатель упомянутого сочинения Оригена «О молитве», в своём комментарии недоуменно пишет по поводу его слов о лживости тех, кто считает евангельский хлеб телесным: «Что же тут лживого: молиться словами этого прошения Молитвы Господней о даровании нам и телесного пропитания?».

Формулировка «Евангелия Господня»: «Твой хлеб» вместо «хлеб наш» исключает всякую двусмысленность. Маркиониты молились именно о духовном хлебе Царствия (ср. Лк. 14:15, Ин. 6:48–51).

Пятое прошение: «И прости нам грехи наши, ибо и мы прощаем всякому должнику нашему»

В Евангелии от Матфея: «И прости нам долги (ὀφειλήματα) наши, как и мы прощаем должникам (ὀφειλέταις) нашим». В Евангелии от Луки: «И прости нам грехи (αμαρτίας) наши, ибо и мы прощаем всякому должнику (ὀφείλοντι) нашему». У Тертуллиана, пользовавшегося «Евангелием Господним», текст первой части прошения совпадал с вариантом Луки (Tert. Adv. Marc. 4.26.4)

Ещё в эпоху апологетов сложилось мнение, что «грех» и «долг» у двух евангелистов это одно и то же. Такую точку зрения разделяет и большинство современных библеистов, полагающих, что здесь просто два разных варианта перевода одного арамейского слова [Хазарзар, с. 6].

Однако для маркионитов это отличие могло иметь важное значение. Наличие долга человека перед Богом подразумевает Бога-Творца, а не Благого Бога Маркиона, который до прихода Христа не был известен людям, и которые не были ему (как и он им) ничего должны. Павел пишет Галатам, что совершающие обрезание становятся должниками (ὀφειλέτης) перед Богом Закона (Гал. 5:3). Напротив, благой Бог, восторжествовав над ангельскими начальствами и властями (Кол. 2:13), уничтожил «долговую расписку» (χειρόγραφον), при помощи которой они держали людей в рабстве (Гал. 5:4), и простил людям все грехи, под которыми они ранее, будучи мёртвыми в духовном смысле, жили по воле «князя, господствующего в воздухе», т. е. ветхозаветного бога (Кол. 2:13, Еф. 2:1–2), заключившего посредством закона их под грехом (ср. Tert. Adv. Marc. 5.13.11 о маркионитской экзегезе Рим. 3:19).

Бог Маркиона — это Бог доброты и милосердия. Даруемое им спасение от грехов и оков мира не ставится в зависимость от каких-либо поступков людей, а совершается исключительно по благости и распространяется на всех. В связи с этим немаловажно, что вторая часть прошения: «ибо и мы прощаем всякому должнику нашему» в «Евангелии Господнем» не засвидетельствована. Возможно, это поздняя синхронизация с Матфеем.

Интересно, что Иоанн Златоуст обрушивается на тех, кто при произнесении молитвы «Отче наш» произносит пятое прошение неполностью, опуская его вторую часть (Ioan. Chrys. De stat. 20.6), что указывает на сохранение такой практики на рубеже IV–V вв.

Шестое прошение: «И не введи нас во искушение»

Тертуллиан в своей полемике с Маркионом, рассуждая о шестом прошении молитвы «Отче наш», задаётся риторическим вопросом: Quis non sinet nos deduci in temptationem? (Tert. Adv. Marc. 4.26.5). Глагол: deduco — «побуждать, склонять», стоит в пассивной форме. Т. е. вероятно, что в Маркионовом Евангелии, которым пользовался Тертуллиан для опровержения своих оппонентов, стояла формула: «Не дай нам быть введёнными в искушение», вместо ортодоксального чтения «Не введи нас в искушение», подразумевающего, что искусителем является Отец небесный. Существует мнение, что она отражает богословские воззрения самого Тертуллиана, как следует из продолжения соответствующего отрывка: «Кто не позволит, чтобы мы были введены в искушение? Тот, кого искуситель может не бояться, или Тот, Кто от начала осудил ангела-искусителя?». В своём сочинении «О молитве Господней» Тертуллиан понимает это прошение как просьбу к Богу: «не попусти, чтоб искуситель нами овладел и управлял» (Tert. De or. 8). Однако нет ничего удивительного, что он придерживался здесь той же точки зрения, что и Маркион, поскольку такие взгляды были распространены в ранней церкви.

В частности, в новозаветном Послании Иакова говорится: «В искушении никто не говори: Бог меня искушает, потому что Бог не искушается злом и Сам не искушает никого» (1:13). Это утверждение противостоит образу ветхозаветного бога-искусителя (Быт. 22:1, Исх. 15:25, 16:4).

Похожее по смыслу прочтение шестого прошения в пассиве зафиксировано в некоторых средневековых рукописях Евангелия от Матфея [Roth, 2012, p. 61 (nota 6)]. Оно также было известно Киприану Карфагенскому (Cypr. Dom. Or. 25) и Амвросию Медиоланскому (Ambros. Sacr. 5.4.29; 6.5.24).

В «Апокрифе Иакова» из Наг-Хаммади приводится просьба апостолов к Спасителю, имеющая явную перекличку с Молитвой Господней, в ней «искушающим» прямо назван не Отец небесный, а лукавый: «позволь нам, чтобы нас не искушал лукавый дьявол!» (ΝΗС I, 4).

Этим, как мне кажется, можно объяснить отсутствие в «Евангелии Господнем» седьмого прошения: «избави нас от лукавого», так как если в первой половине формулы уже подразумевается избавление от дьявольских искушений, то вторая часть представляет по сути тавтологию.

Седьмое прошение: «Но избави нас от лукаваго»

В «Евангелии Господнем» седьмое прошение не засвидетельствовано. В P⁷⁵, Ватиканском, Синайском кодексах и многих других греческих, сирийских, армянских, коптских манускриптах оно также отсутствует.

Часть 2. Реконструкция

(Цветовой код:Засвидетельствованные фрагменты с точным словоупотреблением.Засвидетельствованные фрагменты с неясными словоупотреблением.Фрагменты, отсутствовавшие в «Евангелии Господнем».Незасвидетельствованные фрагменты).

Отец наш, ~~сущий на небесах!~~

да святится имя Твое;

Твой Святой Дух да пребудет в нас / сойдёт на нас;

да приидет Царствие Твое;

~~да будет воля Твоя и на земле, как на небе;~~

хлеб~~наш~~Твой присносущный подавай нам на каждый день;

и прости нам грехи наши,

ибо и мы прощаем всякому должнику нашему;

~~и не введи нас в искушение~~

и не дай нам быть введёнными во искушение.

но избавь нас от лукавого.

Литература и источники

Тертуллиан. Против Маркиона в пяти книгах / Тертуллиан. — Санкт-Петербург: Издательство Олега Абышко, 2010. — 573 с.
Хазарзар Р. «Отче наш», или Молитва Господня. Электронная публикация. Режим доступа: http://khazarzar.skeptik.net/books/kh/abba.pdf (18 сентября 2020 г.)
BeDuhn J. The First New Testament: Marcion’s Scriptural Canon / J. BeDuhn. — Polebridge Press, 2013. — 387 p.
Harnack A. Marcion: Das Evangelium vom fremden Gott / A. Harnack. — Leipzig, 1924. — 758 p.
Origen. Homilies on Luke / Origen; trans. J.T. Lienhard. – Washington, D. C.: CUA Press, 1996. – 300 p.
Roth D.T. The Text of the Lord’s Prayer in Marcion’s Gospel / D.T. Roth // Zeitschrift für die neutestamentliche Wissenschaft. — 2012. — Vol. 103. — № 1. — P. 47–63.
Adversus Marcionem / Tertullian; ed. E. Evans. — Oxford: Oxford University Press, 1972. — 688 p.